Разбираемся в происхождении и эстетике группы, нечестных организаторах концертов. Узнаем почему новая русская волна — отстой, и кто занимается продюсированием коллектива. Действующие лица: Арсений, Дэн, Диана.

Начнем с вашего вчерашнего концерта в Курске: что произошло, и почему появился такой гневный пост?

Володя. Организатор концерта в Курске, он втирается в доверие, общаясь как будто вы с ним из одной песочницы. А потом кидает. Не выполнил райдер. Не отдал за дорогу. Не накормил. Ничего не заплатил. Ни нам, ни звукарям. В конце концерта он нажрался вхлам (или сделал вид). Этот засранец абсолютно испортил впечатление от города, но мы уже слишком устали чтобы расстраиваться. Мы знаем, что это не первый случай, он кидал и другие группы, а нам он должен ещё за прошлый приезд… Володя, жизнь тебя накажет, жабий сын. Нельзя кидать группы. Фак оф.
Его аккаунт @chaplyginvs второй аккаунт @kurvinsyn

 

Арсений: На самом концерте все было круто, мы выступали в очень неординарном месте — задний двор ДК «Всероссийского общества глухих». В большом зале резвились детишки, катали шары, их мамаши ходили за ними, а я разговаривал по скайпу с мозгоправом за углом на лестнице. Мы играли в маленьком помещении на заднем дворе, где баптисты обычно проводят свои вечера. К нам пришли скинхэды, панки — все, как обещано. Было здорово: ругали Иисуса, поклонялись Сатане, раскидывали пивные бутылки и проломили голову одному человеку. У него была небольшая дырка в голове, а на полу были волосы — я их сфотографировал.

sonic1-1
sonic2
sonic3
(фотографии с концерта в Курске — личный архив Арсения)

А что за проблемы с организатором были?

Арсений: Он просто жопа, делает все неправильно, из-за этого и страдает. Он нам рассказал историю своей жизни, что у него полгода все идет вниз, что он всем должен… Короче, чел просто немного попутал. В этом нет ничего страшного, мы даже хорошо расстались. Он мне недавно приснился. Я подумал, что факт произошел: мы отыграли концерт, на котором было много людей, то есть, бабки были — а он просто кинул всех на деньги, никому не заплатил. И, если все не так красиво, как он говорил — можно написать такой глупый пост.

 

Диана: Он был очень мерзкий, меня он раздражал. Блин, ели ты намерен кинуть кого-нибудь на бабки — можешь не напиваться, хотя бы из уважения?!

 

Просто стоило ли так дискредитировать человека…

 

Арсений: Он и так дискредитирован. Нас перед этим предупреждали разные группы, что не стоит через него что-либо организовывать.

Тогда зачем вы с ним связались вообще?

 

Арсений: Потому, что нам все равно, что думают другие группы. Более того, мы уже все забили, было непонятно, где оставаться. Мы уже в таком резиновом состоянии: почти ничего не чувствуем. Это был 24 город, поэтому наша реакция была такая — «ну кинул и кинул».

Можно сказать, что к завершению тура качество ваших выступлений снижается из-за этого общего амебно-резинового усталого состояния?

 

Арсений: Нет, на сцене мы все же просыпаемся. <…>Я свято верю, что тур нужен для того, чтобы группа сыгралась.

Чем дальше в тур — тем более сыгранная группа.

Не знаю, так ли это, надеюсь, что так. (улыбается)

Что помогает драйвить и не засыпать в туре?

 

Арсений: Не засыпать ничего не помогает, мы постоянно спим. Мы особо не драйвим. Тур — это просто рутинное каталово: вписка, сон, жрачка, чек. Больше драйва обычно бывает на концертах. Концерт в панк-роке — это месса, поэтому очень важно ходить на гиги.

2
Фото: Вадим Лукьянов

Можете вспомнить какие-нибудь трэшовые истории, происходившие на ваших выступлениях?

 

Арсений: Даже не знаю… либо мы такие неровные ребята, что нам все кажется обычным, либо действительно ничего экстраординарного не происходит. Вот вчерашний чел, ну пробили ему голову, ему же пробили. Он даже радовался, фоткался ходил. Диана его промыла немного хлоргексидином и парилась потом, что у нее может быть СПИД.

 

Диана: Я просто думала, что он разбрасывается своей кровью, а у меня на коленке была трещинка, капелька его крови могла на меня попасть, пока я его промывала хлоргексидином.

 

Арсений: В Краснодаре у нас на разогреве выступали 13-летние ребята, однажды. (группа «Клуб Одиноких Сердец»). Подошел чувак, попросил автограф, достал пинал. Я ему говорю: «Ты что, школьник? — Нет, мне 18». Взял автограф, ушел. Через 10 минут пишет в «ВКонтакте»: «Моя группа может вас разогреть. — Ну, давай». Приходят двое: он с девушкой-басисткой. Выясняется, что им по 13 лет. А в Краснодаре какой-то жесткий закон с подростками, там дочь губернатора где-то попалась накуренной, там всем детям надо приходить домой в 10 часов. А мы должны закончить в лучшем случае в 21:30. И вот они первый раз на сцене, поют «Я хочу умереть! Я хочу умереть!». На второй песне он снимает майку и орет это все полуголый.

 

Диана: Там был еще кавер на «Продавцы-консультанты»

 

Арсений: На четвертой песне он падает на пол — это все очень странно. Ну было весело — там люди неделю в Интернете радовались этому событию. Батя пацана только очень мрачный сидел.

----------
Кадр видео, снятого на телефон

Вы говорили про значение мнения других групп для вас. Как вы вообще относитесь к этим «другим группам» и к новой русской волне в целом?

 

Дэн: (показывает на Арсения) Вот этот парень может все подробно об этом рассказать. (улыбаются)

 

Арсений: Новая русская волна — это отстой. Мы старая русская волна. Новая русская волна — это искусственный термин, который придумали промоутеры, чтобы объединять группы пачками, не обращая внимания на жанры — и продавать их детишкам, откачивая бабки у предков. Сейчас все очень боятся жанров, в основном, стараются играть внежанровую музыку. В нашем альбоме есть название жанра — панк. Это привет всему нежанровому гитарному дерьму. <…> В начале нулевых был бэби-бум, разные взрослые и не очень ребята пытаются как-то освоить последствия. Это просто маркетинг.

Совершенно без идеологической подоплеки?

 

Арсений: Какая у новой волны идеология, кроме того, что она «новая»? У «Новой Газеты» идеологии и то побольше будет, чем у новой волны.

В одном интервью ваше творчество назвали «началом новой альтернативной сцены». Вы не согласны с таким определением?

 

Арсений: Нам все равно. Это же никак не влияет на жизнь. Это важно только для тех, кто не разбирается в музыке. Кому-то тэги до сих пор важны, но я верю, что количество Интернета помогает развиваться людям без помощи текста: они могут просто увидеть обложку и понять, что это за жанр, понять, их это музыка, или нет. Мы вот самые настоящие панки — мы не мылись уже три дня. (улыбаются)

Да ладно тебе, Диана вон прекрасно выглядит.

 

Арсений: просто у вас цивилизованный город, мы смыли с себя весь панк.

1-1
Фото: Вадим Лукьянов

Кто еще в России может гордо называть себя панками?

 

Арсений: Андрей Митрошин (группы Slackers, Продавцы-Консультанты). Он курит на заправках, ссыт на провода и курит дурь на похоронах. Однажды я видел видео у него в сторис, где он полил себе бензином штаны на заправке, поджег их, прикурил от них и ушел.

Так должны себя вести настоящие панки?

 

Арсений: Как вариант. (улыбается) На самом деле, нет никакого типичного поведения настоящих панков. Как должны себя вести настоящие рэперы? Звенеть цепями? Нет, это все клише. Клише — отстой. Панк-рок — это свобода и демократия.

Сходить на панк-концерт, это как съездить в Европу — чувствуешь себя человеком. Тебя не ущемляют, если ты девушка, ты можешь прыгнуть в слэм, если ты лысый скинхэд — ты можешь порыдать, а если ты просто меломан — можешь постоять.

Если уж брать клише «новая русская волна» — с кем из ее представителей вы близки

 

Арсений: Андрей Митрошин — наш лучший друг. (смеются) Ну слушайте, так или иначе с «Увулой», с группой «Цыган», яркие представители новой русской волны (смеются). Я не знаю, кто там еще играет?

«Shortparis», «Электрофорез» …

 

Диана: Нееееет, вот «Shortparis» — это вообще полумузыкальный проект, как мне кажется. Его даже волной называть сложно. Это какой-то театрально-музыкальный постановочный жанр.

Поговорим о группе. Про вас ходит такая легенда, что название «SonicDeath» — это отсылка к культовой некогда в США группе «SonicYouth». Правда/неправда?

Арсений: Да, конечно, мы назвались в честь «SonicYouth».

 

Диана: Арсений, что ты врешь?! Он, кстати, был на концерте «SonicYouth» и сказал, что ему понравились больше «Tequilajazzz» на разогреве. Он раньше не любил «SonicYouth», только недавно начал их слушать.

 

Арсений: Короче, был гитарист Фред «Соник» Смит, муж Патти Смит. Он умер — и мы назвались в честь этого события — смерть соника.

Фред «Соник» Смит — американский гитарист, наиболее популярен как член группы MC5, а позднее своей собственной группы Sonic’sRendezvousBand. В 2003 году журнал RollingStone поставил Фреда на 93 место в списке «100 лучших гитаристов всех времён», а группа Sonic Youth заимствовала своё название от никнейма Смита.

(тем временем Арсений включил музыку на телефоне — на фоне играет БГ)

7
8-1
Фото: Вадим Лукьянов

 

У вас есть песня «Ферма 666», вы носите футболки с пентаграммами, фотографируетесь с крестами — это все просто сценический образ, или же это какая-то определенная философия?

Ты не знаешь, что ты делаешь здесь
Ты не знаешь, что ты делаешь здесь,
Ты готов разлететься весь,
Но твой дом — ферма 666.

 

Диана: Это просто эстетика, нужно воспринимать как культурную ячейку — и играть в этом. К этому не нужно относиться серьезно.

Но пентаграмма — это центральный символ сатанизма. Как к этому можно относиться несерьезно?

Арсений: Ну слушайте…

Диана: Блин, сатанизм — че за бред?! Сатана, Бог…

 

Арсений: Сатанизм — это для бабушек. Один мужик спросил у меня, «Сатана — это скейтборд, или что-то другое? — Конечно, скейтборд». У нас, конечно, достаточно закрыты границы, но не настолько, чтобы серьезно относиться к этому. Это такие стилистические издержки конца прошлого века, клише, стандарты…

Хорошо, а если брать в расчет группу BlackSabbath, например, для них это тоже просто символика, как вы думаете?

 

Арсений: Для них это способ зарабатывать бабки. Они же пошли в хоррор и подумали: «Если люди платят деньги за то, чтобы их пугали — почему бы не играть такую музыку?» А послания Сатане и у The Rolling Stonesв песнях зашифрованы… У меня такое чувство, что мы в 89-ом. (смеется) Рок — это музыка Сатаны, ребята.

Диана: Те, кто рисует комиксы — они же не верят в монстров, правильно?

6-1
Фото: Вадим Лукьянов

Конечно. Перейдем от сатанизма к сексизму: Диана, ты одна из немногих девушек, играющий панк в России. Существуют ли какие-то предубеждения против девушек в тяжелом роке?

Диана: Нет, только, может, звукари ведут себя как идиоты иногда…

 

Арсений: Внутри группы точно нет, а снаружи — очень смешно. Все к нам обращаются «парни, мужики», когда мы даже с Дианой вдвоем сидим на сцене — «э, мужики, пиздато отыграли».

Диана: Я бы не назвала это сексизмом. Просто привычка, определенные паттерны.

Вы довольно часто меняете составы…

 

Арсений: Нет, только три участника сменилось за шесть лет. Один ушел сам, другой не прижился, скажем так. Его потенциал был явно больше, чем рамки нашей маленькой группы. (улыбается) Он играл на бас-гитаре. И третий — Диана.

После смены участника тяжело входить в ритм?

Арсений: Да у нас не было ритма особого. У нас все очень подвижно.

 

Дэн: С тем челом мы дошли до своего самого тяжелого альбома, потом пришла Диана — и нам пришлось начинать с самого легкого.

То есть, вы чередуете альбомы от легких до тяжелых?

Дэн: Просто все альбомы стилистически выдержаны в том или ином духе.

 

Диана: Нет, просто я хотела, чтобы они сыграли готик сессию (им. в вид. альбом GOTHICSESSION, 2012 года) как специальный концерт, а Арсений захотел, чтобы я тоже играла. Я не собиралась больше, чем готик сессию играть…

 

Арсений: Там просто чувак из зала орал: «Ой, группа мечты!» Я и подумал, бля, в натуре группа мечты.

Диана: Это случайность.

 

Арсений: А чередование у нас присутствует — мрачные альбомы чередуются со светлыми. Зачем нам выдерживать все в одном тоне, правильно?

А как же заглавная стилистика?

 

Арсений: Мне кажется, у нас потихоньку обрисовывается своя стилистика. Заиграв гаражный рок, мы и так обозначили свою стилистику, а потом эта стилистика начала приобретать наш запах. И вот недавно мы ставили знакомому песню из нового альбома (PUNKSAGAINSTMAFIA Vol. 1 (2018), когда он еще не вышел. Он такой: «О, звучит, как вы». И у нас есть набор настроений, которые мы чередуем.

5
Фото: Вадим Лукьянов

Арсений, у тебя на лице татуировка — цифра 31. Это же отсылка к названию альбома в твоем втором проекте «Арсений Креститель», правильно?

Арсений: Да, разумеется.

Какой из этих двух проектов для тебя сейчас представляет больший интерес?

Арсений: «SonicDeath», конечно.

 

Диана: Да блин, на самом деле, пока он работает с материалом одной группы, он считает, что эта группа для него ближе, когда переключается на другую — он говорит, что эта группа для него самая важная. Так что все зависит от контекста.

Арсений: Ну, сейчас же я с «SonicDeath». Поэтому, «SonicDeath».

В «Крестителе» у тебя другой состав?

Арсений: Да, это «SonicDeath» и к нам еще прибавляется Арсений Креститель. (улыбается)

Если говорить о перспективности этих проектов, понятно, что «SonicDeath» более раскрученная группа…

Диана: Шесть лет прошло!

 

Арсений: Раскрутились, как следует раскрутились. В Тольятти было 17 человек. 8 из них купили футболки — настоящие фанаты. Но мы андерграунд, мы не раскрученная группа, мы просто долго играем. У меня есть ощущение, что я был всегда. У нас даже нет менеджера, нет директора. Просто есть чел, который помогал тур делать. Я его попросил, так как не справлялся. Мы как дикое растение, которое само по себе, из-за того, что оно растет долго — его замечают.

 

Диана: Да, некоторые промоутеры над «SonicDeath», типа: «Чуваки, так никто не делает. Нужно как-то готовить промо, а не просто так выкладывать альбом на свою странцу в «ВКонтакте».

 

Арсений: Для меня странно, что сейчас появились всякие молодые группы, которые меня спрашивают, какой у нас бизнес-план, как добиться этого, как добиться того… Мы никогда не ставили целью ничего добиться, потому что мы формировались в такое время, когда все уже, вроде, свершилось — надо просто расслабляться. А сейчас все пытаются чего-то добиться…

10
Фото: Вадим Лукьянов

Когда в Тольятти вы играете для 17 человек — вас это сильно парит?

Диана: Мне показалось, что это лучший концерт — мне так по кайфу было играть.

Арсений: Мне понравился в Самаре. Там было человек на 10 больше…

 

Диана: Да ну, нет — человек 40 там было. Там была фишка с промоутером, она вообще не разбиралась в аудитории, повела нас на радио. На радио было прикольно, но с организационной точки зрения это было не то. Там даже встреча вк была самая слабая.

 

Арсений: Есть просто два аспекта: коммерческий и творческий. Если жить по коммерческому аспекту, то 17 человек — это говно, провал, и хочешь все бросить. Если жить по творческому аспекту, то любой концерт — это какой-то опыт: со звуком, с песнями… У нас есть 17 песен, которые мы играем, и с каждым новым концертом одна из них вылезает и становится заметной. В этом смысле ни один концерт не провален. Как это все совместить — я без понятия. <…> Мы живем по творческому аспекту. Если бы мы жили по коммерческому, мы бы бряцали чем-нибудь. У нас было бы много смешных историй, мы были бы прикольные — а так мы просто обычные, и это круто. Это серость, которая взрывает. Обыденность, которая, на самом деле, неординарность. Она не для всех, и это круто: я люблю то, что не для всех. А всем нужны убийства, кровь, порнуха…

Диана: И какая-нибудь пошлая любовь.

На этом в принципе строится вся поп-культура.

Диана: Ширинки, задницы. (смеются)

 

Арсений: Поп-культура — да. Инди-культура — нет. Она стебется над этой поп-культурой, начиная с 60-х. Существует контркультура. Мы, наверное, и есть контркультура. Хотелось бы, по крайней мере. Как бы я ни хотел, как бы я ни смотрел телевизор, или какую-нибудь другую подобную ***** [ерунду], я понимаю, что это отстой. Когда мы идем в том направлении, мы, на самом деле, теряем себя. Не надо притворяться!